Добро пожаловать, Гость
Логин: Пароль: Запомнить меня
  • Страница:
  • 1

ТЕМА: Реферат по истории поискового движения

Реферат по истории поискового движения 2 года 9 мес. назад #31350

история поискового движения


Никитина Ксения Игоревна
ученица 5 класса
средней школы № 4 гор. Малая Вишера 2007 год






Поиск, история поискового движения

1. Что я знаю о войне.

2. Поисковые организации зарубежных стран.

3. История поискового движения в нашей в СССР и России.

4. История поискового движения в Новгородской области.

5. История поискового движения в Маловишерском районе.

6. Что я могу сделать для поискового движения.












Мы хотим, чтоб закончилась, эта война
Но не всех павших захоронили
Вот поэтому снова, идем мы в леса
Чистя душу от грязи и пыли.
И.Н. Никитин

9 мая, в День Победы я со своим папой ездила на воинское кладбище, на котором похоронены солдаты, погибшие в годы Великой Отечественной войны. Я положила цветы на могилы. На некоторых могилах стоят таблички, на которых написано: «Найдены в районе д. Горнешно поисковой группой «Память» 2002-2003 г.г. Луценко Яков Павлович, 1904 г.р. рядовой Глухов Сергей Михайлович, 1903 г.р., красноармеец Черных Александр Д., 1908 г.р. и 28 неизвестных, 2003-2004 г.г. Захаренко Михаил Семенович, 1916 г.р. и 36 неизвестных». 28 неизвестных, 36 неизвестных, а сколько их еще осталось лежать в лесах и болотах нашего Маловишерского района. В нашем районе боевые действия велись в период с сентября по декабрь 1941 года, по списку военкомата в нашем районе погибли 2 948 бойцов, но согласно архивных списков Министерства обороны около 3 500 бойцов числятся «пропавшими без вести».
20 ноября 2006 года наш город отмечал 65-летие освобождение города от немецких войск, но до сих пор все солдаты, которые воевали за наше будущее не похоронены.
А.В. Суворов говорил: « Война кончается тогда, когда похоронен последний павший солдат». А это значит, что война продолжается…
Я не знаю хорошо ту войну, я ее не видела, ведь мне только 11 лет. О войне я знаю только из книг, кинофильмов, военной хроники, по рассказам ветеранов войны и рассказов моего папы, командира Маловишерской поисковой группы «Память».
Из рассказов своего дедушки Никитина Николая Дмитриевича, я знаю, что ему в года войны было 3 годика. Он жил вместе с матерью на оккупированной немцами территории на станции Серго-Ивановская Смоленской области. Было очень голодно, постоянно хотелось есть. Они жили в землянке, т.к. дом был разрушен, питались картофельными очистками, травой, ягодами. В деревне в это время стояли немецкие и венгерские части. Однажды дедушка проходил возле немецкой палатки и увидел банку сгущенки. Он схватил ее и побежал к себе в землянку. Немец который увидел это схватил винтовку и выстрелил в дедушку. Но немцу помешал незнакомый венгр, который подбил винтовку вверх и пуля прошла мимо. Вот такой был случай. Дедушка остался жив, ему очень повезло. А сколько таких детей, как дедушка были убиты немцами.
В книге А.Н.Чугунова «Граница сражается», описываются страшные зверства немцев, которые чтобы сломить сопротивление героев –пограничников, брали в заложники семьи пограничников и убивали. Детей помощника начальника заставы Щеглова -шестилетнюю дочь Лизу и четырёх летнего сына Володю немцы расстреляли. Убили немцы детей начальника другой пограничной заставы старшего лейтенанта Зубчинко семилетнего сына, двух дочерей: старшей было четыре года, а младшей -полтора. Семью лейтенанта Кижеватова, героя Брестской крепости, мать, жену и детей немцы зверски замучили и убили. Десятилетнего сына Ваню немцы закопали в землю живым. Сейчас эти примеры звучат слишком страшно. Но это было лицо войны, лицо тех, кто захотел захватить нашу Родину.
В сентябре-октябре 1941 года на территорию Маловишерского района вторгся 38-ой немецкий армейский корпус. 22 октября немцы захватили поселок Большую Вишеру, а 23 октября город Малую Вишеру. Но не долго немцы смогли удерживать город. 20 ноября 1941 года войска 52-ой армии Волховского фронта ( 111 и 259 стрелковые дивизии) освободили город.16 декабря немцев выбили из поселка Большая Вишера. Наш город стал первым городом, который освободили во время Великой Отечественной войны.






Последний долг, мы отдадим когда-то?
Чтоб с совестью спокойной дальше жить,
ДОЛЖНЫ найти мы каждого солдата,
И всех до одного похоронить.
Н.И. Орлов

В каждой стране, которая воевала в годы Второй мировой войны или на территории которой велись боевые действия имеются специальные (профессиональные) государственные и общественные организации проводящие поиск, идентификацию, захоронение и увековечение памяти павших воинов.
В Германии с 1919 года существует Немецкий Народный Союз – объединение по уходу за военными захоронениями. Немецкий Народный Союз выполняет свою работу в странах Северной, Западной и Южной Европы, а также в Северной Африке. Союз ухаживает более чем за 500 кладбищами, где похоронены 1 800 000 погибших.
В Италии в составе Министерства обороны создан и действует Генеральный комиссариат по возданию памяти павшим в войнах. В его задачи входит: установление судеб, эксгумация останков и перенос существующих итальянских кладбищ и стихийных захоронений с останками итальянских военнослужащих с территории других государств в Италию. В 1991-2001 годах на территории России были эксгумированы и вывезены в Италию 7 924 итальянских солдат.
В Австрии действует Австрийский Черный крест.
В Голландии в составе армии действует группа идентификации- Погребальная Служба Королевских Сухопутных Сил. В ее задачи входит эксгумация и идентификация военнослужащих, павших на территории Голландии.
В Японии эту работу проводит Департамент социального благосостояния и помощи жертвам войны в Министерстве здравоохранения, труда и благосостояния Японии.
В Белоруссии попытка создания подобной специализированной службы была реализована в 1997 году.
С 1991 году на правительственном уровне были подписаны межправительственные соглашения о воинских захоронениях с Японией, Финляндией, Германией, Италией, Польшей, Словакией, Чехией, Венгрией и другими странами. В 1991 году при участии Министерства Обороны Российской Федерации, для обеспечения соглашений была создана некоммерческая гуманитарная организация – Ассоциация международного военно-мемориального сотрудничества «Военные мемориалы».
Но к сожалению, в нашей стране до сих пор не создано специальной (профессиональной) службы, которая бы осуществляла поиск, идентификацию, захоронение и увековечение памяти павших воинов.




Нам давно говорили, что никто не забыт,
Почему же с войны, он в воронке лежит,
Почему же родные, его ищут и ждут,
И к могиле весенних цветов не несут.
Нет звезды у воронки, нету даже креста,
Только листья березок шумят, без конца.
Он геройски страну, от врага защищал,
Почему же сказали, что он без вести пал.
Мы вгрызаемся в землю, штыками лопат,
Чтобы меньше их было, неизвестных солдат,
Чтобы имя вписать нам, героя-бойца,
Только памяти-списку не видно, конца.
Ты прости нас солдат, ты прости нас, прости,
Что забыли тебя наши деды, отцы,
Но поисковые души от надрыва хрипят,
Они носят в себе, души павших солдат.
И.Н. Никитин
В нашей стране специальной (профессиональной) службы не было и поэтому зародилось общественное поисковое движение. Поиском, захоронением и увековечением памяти павших воинов стали заниматься энтузиасты, люди которым не безразличны судьбы погибших воинов, люди у которых болит душа …
Точная дата зарождения поискового движения неизвестна. Но и спустя шестьдесят пять лет поисковая деятельность в нашей стране по-прежнему актуальна.
В октябре 1943 года председатель Львовского облисполкома Н.М. Петренко, направил в Главное Политическое Управление Красной Армии, письмо в котором он писал: «Я считаю вопрос о правильном погребении погибших советских бойцов и командиров вопросом важным, влияющим на боевой дух армии. Немцы крепко учитывают психологическое воздействие на живых солдат соблюдения ритуала погребения и воспринимают его как заботу о человеке даже после его смерти. У нас же наоборот - полное пренебрежение к трупам убитых. По дорогам от гор. Каменска Ростовской области до Харькова я немало встречал убитых красноармейцев, трупы которых валялись по 10-15 дней на дорогах в грязи, канавах, в полях. По этим дорогам проезжают воинские части и наблюдают эту недопустимую картину нашей халатности. Для каждого воина Красной Армии совсем не страшна смерть, но, по-моему очень страшно очутиться на месте убитого, брошенного на дороге, как что-то никому не нужное, забытое. Приходилось очень редко встречать хорошо оформленную могилу на старший командный состав с памятным знаком и надписью боевых друзей. Что касается красноармейцев, так в лучшем случае составляется акт, и на могилу не ставятся никакие знаки. Считаю, что вопрос обязательного и своевременного захоронения погибших воинов Отечественной войны является одним из важных вопросов агитационного порядка, который отражается на психологии красноармейца. И порядок захоронения, и установки памятных знаков на могилах необходимо упорядочить в законодательном виде».
Сейчас невозможно точно сказать, кто, когда и как первым понял, что солдатский «смертный» медальон и документы погибшего воина это солдатская судьба, которая неизвестна родным и близким погибшего.
Но точно можно сказать, что первыми, кто обнаружил документы и медальоны у погибших в годы Великой Отечественной войны, были местные жители, которые проводили санитарное захоронение трупов воинов, павших на полях сражений, Они забирали и прятали документы погибших, а после освобождения их территории от оккупации, отдавали документы в военкоматы, иногда и сами писали по адресам, имеющимся в документах, отсылали документы родным с указанием обстоятельств гибели и места захоронения.
После войны неоднократно проводились мероприятия по сбору металлолома и сбору оружия, а всегда лучшими сборщиками были и подростки. Собирая для сдачи металл на местах былых сражений, они одновременно и «обследовали» их. Их детское любопытство часто заканчивалось трагедией, но это их не останавливало. Такие «следопыты» были в каждой деревне, поселке и городе. Подростки «исследовали» боевую технику, окопы и блиндажи.
Находя солдатские медальоны, документы или награды, неосознанно чувствуя важность этих документальных находок они приносили их родителям, учителям, военкомам. Десятки тысяч имен погибших на основании таких сообщений вернулись из небытия.
В начале 1950-60х годов писатель С.С. Смирнов вел на телевиде¬нии передачу, он был одним из первых, кто начал исследовать и освещать тему розыска и установления имен неизвестных героев. Основная его тема была - Брестская крепость. Он нашел множество документов о героических защитниках Брестской крепости, провел десятки встреч с оставшимися в живых участниками обороны. После проведения большой исследовательской работы С.С. Смирнов написал книгу «Герои Брестской крепости».
В этот период времени нашлось множество энтузиастов, патриотов, которые стали изучать военную историю своей области.
Находились энтузиасты-одиночки, которые обследовали свою местность, хоронили непогребенные останки павших советских воинов, искали их документы и затем сообщали их близких.
Тема Великой Отечественной войны, героико-патрио¬тического воспитания молодежи с новой силой проявилась в начале 1960-х ггодов, когда начали издаваться массовыми тиражами научные публикации, мемуары, художественные и доку¬ментальные произведения по военно-исторической тематике. В стране развернулось молодежное движение «Всесоюзный поход комсомольцев и молодежи по местам революционной, боевой и трудовой славы», которое приобрело массовый характер. Моло¬дежь, возглавляемая учителями, ветеранами войны, энтузиаста¬ми, совершала пешие, лыжные и велосипедные походы по местам боевой славы, встречалась с фронтовиками, записывала воспоми¬нания местного населения. В результате краеведческой работы по всей стране создавались музеи и комнаты боевой славы в школах, училищах, техникумах и институтах, устанав¬ливались памятные знаки и обелиски, шло выявление неизвестных имен и неизвестных страниц нашей военной истории.
Почти ежегодно проходили слеты участников Все¬союзных походов в городах-героях: Бресте - в 1965 г., Москве - в 1966 г., Ленинграде - в 1967 г., Киеве - в 1968 г., Ульяновске - в 1970 г., Волгограде - в 1975 г., Иванове - в 1977 г., Минске – в 1980 г., а также Всероссийские слеты красных следопытов. А в 1981 г. была объявлена программа экспедиции «Летопись Вели¬кой Отечественной" с целью собрать и сохранить для будущих поколений воспоминания участников Великой Отечественной войны, документальные источники и свидетельства былых сражений. Но потом это движение фактически прекратило свое существование.
В конце 1970-х - 1980-х гг. работа энтузиастов выходит на но¬вый уровень. Появляется тенденция к более углубленному изуче¬нию «белых пятен» отечественной военной истории и тогда начи¬нают создаваться основы будущего поискового движения. В новгородский клуб «Сокол» объединяется в поисковое объединение «Долина», витебские поисковики - в «Пошук» («Поиск»), узбекские поисковики в «Прометей», калужские в «Память», воронежские в «Арго», московские в «Судьба», казанскаие в «Долина». Были созданы почти пятьдесят поисковых объединений России, Украины, Белоруссии, Казахстана и Узбекистана.
Самым ярким примером была история общественно-молодежного движения Татарстана «Снежный десант», одного из ведущих в стране, которое действовало с 1968 по 1993 гг. На первом этапе - с 1968 по 1975 гг. - проходило становление будущих поисковых коллективов учебных заведений Казани. Молодежь участвовала в походах по местам трудовой и боевой славы, приобретала спортивно-туристические навыки и усваивала азы пропагандистской работы с населением. С середины 1970-х и в 1980-е гг. наступил второй этап движения, охватившего практически всю передовую вузовскую молодежь Казани. Студенты изучали историю воинских частей и соединений, сформированных на территории Татарстана в годы войны, совершали походы по боевому пути каждого из них. В 1980 г. активисты «Снежного десанта» выступили с инициативой, которая нашла широкую общественную поддержку и получила на¬звание «Операция «Письмо». Работа с документами военных ко¬миссариатов была приоритетным направлением и включала в се¬бя просмотр карточек погибших, выявление и сбор сведений об уроженцах Татарии, уточнение мест их гибели и захоронений с по¬следующим их посещением. С 1985 г. особый интерес стали вы¬зывать малоизвестные факты нашей военной истории, изучение которых накладывало «определенный отпечаток на все молодеж¬ное движение в республике. Постепенно движение перешло к основному направлению: по¬иску и захоронению останков воинов, погибших при защите Отече¬ства.
Поисковая работа стала уже не только работой энтузиастов-оди¬ночек и краеведов-любителей. В средствах массовой информации все чаще стали звучать до тех пор как бы не существовавшие проблемы розыска безымянных солдат и установления их имен и судеб. Благодаря работе энтузиастов, многие советские люди впервые узнали о страшном явлении, когда лежат еще не захоро¬ненными останки воинов, павших несколько десятилетий назад. Узнали о том, что некоторые одиночные и братские могилы числились в от¬четах благоустроенными, а на самом деле были заброшены, распа¬ханы. Развернувшаяся во второй половине 1980-х гг. массовая поисковая работа нашла общественную под¬держку. Вновь актуально стали звучать слова поэтессы Ольги Берггольц: «Никто не забыт и ничто не забыто».
Одним из самых известных подвижников отечест¬венного поискового движения был - Юлий Михайлович Иконников (1924г. – 2000г.), фронтовик Великой Отечественной войны и журналист, посвя¬тивший организации поискового движения многие годы своей жизни. Благодаря его усилиям и под его председательством в марте 1988 г. в гор. Калуге состоялся первый Всесоюзный сбор пред¬ставителей поисковых отрядов, где особое внимание уделялось попыткам практического решения проблем поискового движе¬ния. Итогом первого такого сбора стало решение создать Всесо¬юзный координационный совет при ЦК ВЛКСМ.
Значительную поддержку в становлении поисковых групп и от¬рядов стали оказывать комитеты комсомола всех уровней. Под эгидой комсомола и при его материальной поддержке появились десятки официальных поисковых групп и отрядов.
В августе 1988 г. состоялась первая крупномасштабная поис¬ковая экспедиция в Мясном Бору Новгородской области.
С 1989 г. подобные массовые поисковые экспедиции получили название Вахты Памяти. Значительную помощь в организации «Вахт Памяти», кроме комсомола, оказывало Министерство обо¬роны, облегчая решение транспортных, бытовых и других про¬блем. Руководители налаживали постоянные контакты с пред¬ставителями военных комиссариатов в местах проведения поисковых работ. И руководители органов военного управления оказывали содействие в организации церемоний захоронения обнаруженных останков.
В последствии от крупномасштабных экспедиций пришлось отказаться из-за сложности их организации, а потому было решено проводить не одну, а несколько менее круп¬ных экспедиций в разных областях страны. Так, в 1990 г. поисковые работы в рамках Вахты Памяти велись в 3-х районах Смоленской области. В 1991 г. свод¬ные экспедиции приняли участие в работах на территории уже 10-ти областей, а в 1992 г.- на территории 12-ти областей страны. Поисковые работы организовывались, как правило, по нескольку раз за полевой сезон, нередко на средства самих участников экс¬педиций и, как правило, в период их отпусков.
Поисковые формирования, которые уже на протяжении многих лет неутомимо и бескорыстно ведут поисковую работу: Белгородское поисковое объеди¬нение «Поиск» (гор. Старый Оскол), отряд «Лужский Рубеж» (гор. Лу¬га), «Долина» (гор. Великий Новгород), «Поиск - Память» (гор. Ростов-на-Дону), «Самолет» (гор. Орел), «Память» (гор. Гагарин), «Возвращение» (гор. Екатеринбург), «Десант» (гор. Новосибирск), «Курган» (гор. Нижний Новгород), «Алые маки» (Республика Чувашия), «Демос» (Рес¬публика Марий-Эл), Центр «Поиск» (гор. Курск), «Долг» (гор. Вязьма), «Пошук» (гор. Витебск Республика Беларусь), «Долг» (гор. Харьков Республика Украина), «Обелиск» и ИАПЦ «Судьба» (гор. Москва), поисковое объединение «След «Пантеры» (гор. Псков) и многие другие поисковые формирования России, Белоруссии, Украины, Казахстана.
В 1988 г. в Московском государст¬венном историко-архивном институте (МГИАИ) группой студен¬тов-добровольцев был организован отряд «Поиск», чуть позже ставший Историко-архивным поисковым центром (далее -ИАПЦ) «Судьба». Его участники проявили научный интерес к про¬блемам Великой Отечественной войны, что отразилось на темах их дипломных работ 1990 - 1995 гг., выполненных под руковод¬ством профессоров Т.В. Кузнецовой, ОМ. Медушевской, СО. Шмидта.
В этот период активисты поискового движения получили доступ к документам Центральному Архиву Министерства Обороны Российской Федерации. Они начали изучать малоизвестные страницы нашего военного прошлого, устанавливать судьбы пропавших без вести воинов. Исследовательская работа с документами стала важной составляющей самого понятия «поисковая рабо¬та». Архивные исследования и полевые экспедиции стали, нако¬нец, восприниматься как две стороны одного процесса.
Важным подтверждением государственного признания поис¬кового движения в России явился Закон РФ от 14 января 1993 г. «Об увековечении памяти погибших защитников Отечества»," который регламентирует проведение поисковых работ, осуще¬ствляемых общественными организациями. Обращает на себя внимание и появление на местном уровне нормативных актов, конкретизирующих указанные задачи с учетом региональных ус¬ловий. Поисковое движение продолжает свое развитие в таких субъектах федерации, как, например, Волгоградская, Ростов¬ская, Тверская области, Новгородская, Краснодарский край и другие.
В августе 1991 г. Всесоюзный координационный совет получил новое название - Ассоциация поисковых объединений «Народная память о защитниках Отече¬ства (АсПО)», став юридическим лицом.
После распад Советского союза и изменения в стране политической ситуа¬ции это сказалось и на структуре АсПО. Часть поисковых отрядов осталась в Ассоциации, другая часть вышла из ее, образовав свои республиканские объединения. Некоторые вообще предпочли независи¬мость и перешли под крыло различных общественных фондов.
На сегодняшний день поисковое движение России охватывает около 50-ти субъектов РФ, в которых имеются свои областные и краевые объединения, включающие, в свою очередь, десятки от¬рядов и поисковых групп районного и городского уровня, работа¬ющие в тесном контакте с Советами ветеранов Великой Отечест¬венной войны и краеведческими музеями страны.
В октябре 1993 г. на Всероссийской конференции поисковых отрядов и объединений, проходившей в гор. Калуге, Историко-архивному поисковому центру «Судьба» было поручено создание и ве¬дение компьютерной базы данных, в которую должна поступать и обрабатываться для выяснения дальнейших судеб информация об именах павших защитников Отечества, установленных по сол¬датским медальонам, документам, номерам боевых наград и но¬мерам двигателей боевых машин в ходе поисковых работ на тер¬ритории России, Белоруссии и Украины. Такая база данных была создана и продолжает постоянно пополняться. По состоянию на 1 июля 2006 г. в ней содержатся сведения о 6 557-ти опознанных советских воинах.
Важным направлением в деятельности центра «Судьба» была разработка основных методов проведения поисковых работ. В 1997 г. было подготовлено и выпущено «Руководство по поиско¬вым и эксгумационным работам». Указанное издание было ра¬зослано всем поисковым объединениям, а также во все военные комиссариаты страны, на территории которых в годы Великой Отечественной войны велись боевые действия. Такая форма руководства позволяет также обеспечить оптимальную организацию учета, обработки и использования информации, получаемой в ходе по¬исковой деятельности. В результате накопления и уточнения ин-формации, центру «Судьба» удалось произвести полный переучет сведений о погиб¬ших и пропавших без вести воинах в документах Центрального Архива Министерства Обороны Российской Федерации.
Таким образом, данные поисковых формирований могут вы¬ступать в качестве исторических источников, позволяя не только идентифицировать павших воинов, устанавливать их фронтовые судьбы, но также уточнять характер и подробности отдельных во¬енных событий.
Возникнув и развиваясь как обще¬народная инициатива, поисковое движение стало одной из важ¬ных составляющих нравственного оздоровления современного общества, а это указывает на необходимость глубокого научного осмысления данного общественно-патриотического феномена.




Долина смерти... Страшный ад
В живых оставшийся запомнит.
Там было трудно умирать
В те двадцать лет, еще неполных.
Там наши сверстники тогда
Ползли по грязи, по болотам,
Косила их войны страда
Огнем кинжальным пулеметов.
Но поднимался снова строй
И шел в прорыв к Второй ударной,
Там каждый был тогда герой
Из тех, кто дрался на плацдарме.
Н.И. Орлов

В Новгородской области поисковую работу проводит поисковая экспедиция «Долина» памяти Николая Ивановича Ор¬лова.
Кто этот человек, памяти которого назвали поисковую экспедицию? Чем он заслужил такое уважение? Может быть ветеран Великой Отечественной войны или Герой Советского Союза? Оказывается нет, он был простым человеком, наверное правильнее сказать человеком- патриотом, с большой буквы. Н.И. Орлов был разносторонним талантливым, глубоко интеллигентным человеком, самодеятельный поэтом и художник, он всею свою жизнь посвятил исследованию военных памятников Северо-запада Новгородской области.
Председатель совета командиров поисковой экспедиции «Долина» памяти Н. И. Ор¬лова С.Н. Флюгов как-то сказал: «Николай Иванович был отцом поискового движения на Новгородчине, он был поисковиком от Бога».
В период войны Н.И. Орлову было 11 лет, когда его семью немцы вывезли в Германию, в город Эльстерберген, где их заставили работать на заводе.
В 1946 г. семья Орловых вернулась в Мясной Бор.
Из воспоминаний Н.И. Орлова: «После войны мне удалось вернуться домой из эвакуа-ции очень быстро. По пути домой я увидел всю картину тех лет: взорванные мосты, путепроводы, временно сколоченные деревян¬ные мосты, разрушенные станции. Все это было в руинах. На всю жизнь мне запомнился проезд от Чудова до станции Мясной Бор. Буквально все леса, начиная от Чудова до станции Мясной Бор, были уничтожены. Особенно страшная картина была в районе д. Спасской Полисти. Из окна вагона были даже видны останки по-гибших воинов, стояли сгоревшие танки. Ни одной целой деревни, ни одной вокзальной постройки не было видно вокруг. Кое-где были сколочены сарайчики.
Когда я приехал в Мясной Бор, куда отца назначили дорож¬ным мастером, то я увидел, то же самое. Люди жили в землян¬ках. Часть из них уцелела в советском тылу, часть вернулась из тыла немецкого. Сама станция Мясной Бор представляла собой две стрелочные будки, немецкий барак, вывезенный из лесу, в котором жили семьи железнодорожников — вот и все. На станции лежал разбитый эшелон, валялся кверху колесами паровоз, и я сразу, на второй день, заметил всюду видневшиеся надписи: «Мины». А когда ветер дул со стороны леса, с запада, до нас долетал сладковатый и страшный запах разложения.
Я уже знал, что место, находящееся неподалеку от Мясного Бора, километрах в двух на запад, называется Долиной смерти. В леса эти никто не ходил тогда, кроме военных, боялись мин. Правда, была еще одна тропиночка, по которой можно было пройти, — жен¬щины ходили по ней в лес за ягодами. Однажды мать сказала мне: «Пойдем в лес, поможешь мне собирать ягоды». И вот я первый раз пошел с матерью на болото....
Трудно представить кому-нибудь сейчас этот путь. Идти надо было по узкой тропе, которая вела через болото. Вокруг была натянута колючая проволока, - здесь прошли саперы. Кругом вид¬нелись желтые таблички с черным черепом и костями. Красной краской на них было написано: «Мины, мины, мины». Неподалеку от станции Мясной Бор проходил передний край. Он так и стоял здесь почти неподвижно с 1942 по 1944 год.
Около дороги стояли сожженные танки: и наши, и немец¬кие. Их было очень много. По бывшей дороге до деревни Теремец-Курляндский стояло много разбитой немецкой техники. Стояли пушки, стояли машины. Все это было так продырявлено, что даже человеку невоенному было ясно: здесь шли жестокие бои.
Когда мы пришли на болото, я впервые увидел людей, погиб¬ших и не захороненных в сорок втором году. Па болоте они сохрани¬лись так, как будто только вчера были убиты. В первом походе по¬разила такая деталь: мы шли с матерью по болоту, и вдруг я увидел лису. Она что-то ела. Когда я подошел и отогнал лису, то увидел, что это «что-то» оказалось останками человека. Во мху я увидел останки старшего лейтенанта. На хорошо сохранившейся гимна-стерке были целы петлицы, на которых алели три кубика. Над кла¬паном кармана торчала авторучка, и над ней был виден стрелковый значок. Я осторожно, палочкой, потрогал карман. Нитки, конечно, сгнили, и я увидел в кармане часы и еще какую-то черную пласт¬массовую отвинчивающуюся крышку. Когда я открутил ее, то уви¬дел, что внутри лежит свернутая в тугой рулончик бумажка. Так я впервые познакомился с «формой № 4», или так называемым ме-дальоном. На бланке — вкладыше указывались фамилия, имя, отче¬ство, место рождения, адрес семьи и группа крови — это на случай тяжелого ранения, а вообще-то все данные медальона предназнача¬лись для того, чтобы опознать погибшего.
Я сейчас уже не помню фамилии старшего лейтенанта, но очень хорошо помню, что отец, бывший фронтовик, сказал: «Надо написать».
Адрес хорошо сохранился. Уроженцем он был полтавским, но адрес матери был одесским. Написали туда письмо и через некото¬рое время получили ответ, что мать проживает в городе Кишиневе, в Молдавии. Впоследствии мы стали переписываться. Оказалось, что ее сын до войны учился в Академии художеств в Ленинграде и оттуда пошел на фронт, где и пропал без вести.
Вот так началось мое первое знакомство с Долиной смер¬ти.
В один из следующих походов я сбился с дороги и попал не туда. Эта тропинка сохранилась со времен войны и проходила от деревни Теремец-Курляндской прямо в Долину смерти. Идя по ней, я наткнулся на блиндажи переднего края. В них лежали совсем но¬вые гранаты, патроны не расстрелянные. Случайно вышел на мин¬ное поле. Осторожно прошел между минами, благо их было хорошо видно. Они были поставлены поверху, видимо, зимой. После минно¬го поля я вышел на «нейтралку», от которой и начиналась Долина смерти. То, что там увидел, поразило меня и осталось в памяти навсегда.
Прямо у дорожки лежал сбитый наш самолет У-2 и ря¬дом — останки двух летчиц. Документов у них не оказалось. Обмундирование было цело, целы были еще волосы, — именно по ним было видно, что это женщины. Самолет лежал прямо на «нейтрал¬ке», и вокруг него лежали останки сотен погибших. Все было пере¬мешано: каски, подсумки, ботинки, ремни. Это была жуткая кар¬тина, я никогда в жизни не встречал ничего подобного. Думаю, что мне даже останки одного человека увидеть в лесу было бы страшно, а тут их лежали сотни...»
Так начинал свою поисковую деятельность Николай Иванович Орлов.
В период с 1946 по1950 г, Н.И. Орлов работал на железной дороге на станциях Мясной Бор и Спасская Полисть.
Много из того, что было нужно местным жителям каждый день, можно было найти в лесу. В 1942 году в районе Мясного Бора сражались три армии (59, 52 и 2-ая Ударная) и в лесу оставались армейские склады с одеждой и обувью, мастерские с инструментами и станками. В лесу можно было найти все..., но в том числе и свою смерть. На минах подорвались и погибли два брата Н.И. Орлова - Юра и Валера. Два раза на минах подрывался и сам Н.И. Орлов. Один раз обошлось без последствий, а второй раз получил серьезное ранение. Два с половиной месяца пришлось потратить на то, чтобы в буквальном смысле встать на ноги. Встать - и снова идти в страшный лес Мясного Бора. Под этой небольшой деревушкой, расположенной в 35 километрах к северу от Новгорода, в июне 1942 года трагически закончилась одна из удачных опера¬ций Великой Отечественной войны. Операция имела название «Любанская», т.к. войска Волховского фронта должны были прорваться к гор. Любань, соединиться с войсками 54 армии Ленинградского фронта, окружить большую часть немецких войск группы «Север» и прорвать блокаду Ленинграда. Операция была начата в январе 1942 года и до марта наступление наших войск было успешным, но уже в апреле при¬остановилось, и в результате контрударов немецких войск три наших армии — 2-ая Ударная, 52 и 59, оказались в окружении. В мае-июне 1942 года положение наших солдат попавших в окружение стало просто катастрофическим: прекратился подвоз продовольствия и боеприпасов, по растаявшим болотам было почти невозможно передвигаться людям и технике. И несмотря на все это, наши войска продолжали сражаться до последнего патрона.
Самым трагичным во всей этой операции было предательство командующего 2-ой Ударной армии генерала А.А. Власова, который сдался немцам. Хоть он и сдался в плен в тот момент, когда 2-ой Ударной армии как таковой уже не существовало, т.к. часть армии вышла из окружения, а оставшаяся часть небольшими отрядами пробивалась к своим. Но после его сдачи в плен всех солдат, воевавших под его командованием, объявили преда¬телями. Их, воевавших до конца и погибших с оружием в руках, даже не захоронили после того, как территория Новгородской области была освобождена от немецких захватчиков.
В 1948-1951 годах в Мясном Бору работали заготовители металлома и Н.И. Орлов работал вместе с ними, указывая места, где стояла подбитая техника.
Однажды в Мясной Бор приехали слесари с валдайской электростанции.
Со времен войны станция работала от двигателя танка Т-34, двигатель
нуждался в замене. Когда Н.И. Орлов привел их к нашим подбитым танкам, один из приезжих заплакал- он узнал свой в котором он горел здесь, в Мясном Бору в 1942 году.
В 1958 году Н.И. Орлов переехал в село Подберезье Новгородского района, которое находится южнее Мясного Бора. Из учеников сельской школы Н.И. Орлов организовал первый поисковый отряд, который назвал "Юный разведчик", и вместе с ним проделал большую работу по сбору останков и установлению имен погибших воинов.
В 1965 году Н.И. Орлов переехал в гор. Новгород и стал работать аппаратчиком на Новгородском химкомбинат «Азот» ( теперь ОАО «Акрон»). На «Азоте» он создал в 1968 г. поисковую группу из молодежи ( из пятнадцати человек). Со временем поисковая группа выросла в молодежный патриотический клуб «Сокол».
Долгие годы местные власти относились к деятельности Н.И. Орлова более чем равнодушно. Они придерживались выгодной официальной версии - «в Мясном Бору лежат предатели -власовцы». Это избавляло их от лишних-
хлопот по организации эксгумации и похорон, а государство - от новых затрат на помощь семьям погибших. К тому же местность у д. Мясной Бор значилась принятой от Министерства обороны СССР для хозяйственного использования. В 1970-е г. существовал даже проект благоустройства в Мясном Бору, по этому проекту там должна быть построена зона отдыха для жителей Новгорода. Преодолеть такое бездушие местных властей в этой ситуации было равносильно гражданскому подвигу.
Благодаря инициативе Н.И. Орлова у Мясного Бора появилось три воинских кладбища. С помощью «Сокола» только на первое кладбище у деревни Мясной Бор, напротив Южной дороги, перенесено из леса около 5 500 погибших воинов.
В 1968 г. в Новгород по приглашению обкома ВЛКСМ приехал писатель С.С. Смирнов, автор книг о героях Брестской крепости. Его познакомили с Н.И. Орловым и в тот же день они отправились в Мясной Бор. После посещения Долины смерти, С.С. Смирнов организовал выступление Н.И. Орлова в телеальманахе «Подвиг» с рассказом о боях в Мясном Бору. К осени 1969 г. С.С. Смирнов написал сценарий фильма о поисковой деятельности Н.И. Орлова - «Комендант «Долины смерти». Сценарий был опубликован в нескольких номерах газеты «Новгородская правда". Фильм сняли на Ле¬нинградской студии документальных фильмов. По воспоминаниям бывшего главного редактора студии О.П. Ханеева: «Сняты были в огромном количестве трупы, их эксгумация и захоронение. Признаюсь, мне, прошедшему войну, было страшновато видеть все это четверть века спустя... Фильм не увидел света: когда съемки его уже подходили к концу, материал срочно затребовали в Москву, где, вероятно, смыли или сдали на серебро...».
Все таки, не полностью смонтированная часть фильма, была просмотрена в Новгородском обкоме КПСС. Газета «Советская Россия» поместила о нем заметку, и сражу же Главное политическое управление Советской Армии и Военно-Морского флота тут же затребовало пленку. К Н.И. Орлову явились представители Министерства обороны и потребовали доказать, что до сих пор в лесу лежат непогребенные - советские воины. Им продемонстрировали всего одну воронку полную убитых. Этого оказалось достаточно.
Настойчивость Н.И. Орлова привела к тому, что местные власти и Министерство обороны наконец-то обратили внимание на Мясной Бор. В помощь Н.И. Орлову стали выделять воинские подразделения. В 1977 г. вместе с ним работали воины-десантники и по воспоминаниям Н.И. Орлова, работали они очень добросовестно.
Последнее редактирование: 2 года 9 мес. назад от Командир Николаич.

Реферат по истории поискового движения 2 года 9 мес. назад #31351

«Только в районе речушки Полисть (это как раз в центре прорыва) мы взорвали около семи тысяч боеприпасов и собрали останки примерно 500-600 воинов. Хотя по этим местам работы велись уже много лет. Мне лично, - вспоминал Н.И. Орлов, - удалось по медальонам установить около 400 фамилий погибших и сообщить их родственникам.
Однажды Н.И. Орлов писал по адресу, най¬денному в медальоне и получил ответ: «Дорогой Вася! Мы поняли, что это письмо от тебя». Родные упрекали погибшего сына, что он долго не писал, просили вернуться домой. Они считали, что он живой стал кале¬кой и поэтому после войны не возвратился домой... Вот так родные до сих пор ждут с войны своих близких…
В конце 1980-х годов писатель С.C. Смирнов хотел написать книгу о Мясном Бору, но смерть помешала осуществить задуманное.
В 13 декабря 1980 года умер и Н.И. Орлов, он просил похоронить его в Мясном Бору, на воинском кладбище, рядом с теми погибшими, кого он вынес на своих плечах, но по неизвестным причинам новгородские власти не позволили этого сделать. Он похоронен на кладбище села Подберезье, где жила его мать.
Умер человек, который более 30 лет посвятивший себя поиску, который первым сознательно связал с той войной всю свою жизнь. От Н.И. Орлова остался большой архив, документы, записи, письма. Впрочем, не только это. Осталось самое главное поисковое движение, остались друзья-поискови¬ки и тысячи благодарных сердец родных солдат, которых Н.И. Орлов вернул из тех страшных боев, в которых их имена, казалось, канули навсегда.
В благородное дело продолжил его брат - журналист Александр Иванович Орлов, сын Александр Николаевич Орлов и его жена Светлана Михайловна Орлова и даже внуки Мария и Михаил Орловы ( члены поискового отряда « Гвардия-Шкраб»).
28 мая 1982 г. на хим¬комбинате был открыт музей по истории Любанской операции. Директор музея, ветеран Великой Отечественной войны Вера Ивановна Мишина, хорошо знавшая Н.И. Орлова, вспоминала: «Первым командиром «Сокола» стал Николай Иванович Орлов. Вот с этого момента начался новый этап поисковой работы на Новгородчине. Поисковики «Сокола» сделали очень многое. Они собирали и хоронили останки советских солдат, которых советская власть не смогла или не хотела похоронить. Они восстановили многие доселе неизвестные солдатские имена, помогла родственникам наконец-то узнать, где погибли их близкие.
Работа поисковиков стала широко известна. Николаю Ивановичу, поисковикам «Сокола» стали приходить тысячи писем из самых разных уголков Советского Союза. В одних были слова благодарности, в других - таких было значительно больше, - одна и та же просьба: помогите хоть что-нибудь узнать о муже, сыне, брате. Иногда это удавалось, но чаще — нет. За долгие годы по¬исков уже можно вывести некоторую закономерность: только у одного из сотни можно обнаружить медальон. Всех остальных ни¬кто и никогда уже не опознает...
Уже к 1969 году в Министерство Обороны и еще выше было доложено, что на местах бывших сражений все тихо и спокойно: закончено разминирование, подобраны и упокоены останки солдат. Естественно, доложили, таким образом, не следопыты.
Следопыты ходили по местам давно отгремевших боев и вытаскивали на свет свидетельства иного рода. Их находки говорили в том, что не только трупы не подобраны, но и разминирование далеко не закончено. Так остается и до сих пор...
Иногда происходили истории совсем уж неприятные.
Есть неподалеку от Спасской Полисти поле. Раскинулось оно между дорогой шоссейной и дорогой .железной. В сорок втором, да и позже, стояла здесь оборона, и полегло на поле народу видимо-невидимо. Я не знаю, как все это выглядело сразу после войны, но в начале семидесятых годов, когда поле очистили от кустарников и вспахали, то усеяно оно было сплошь солдатскими костями, естественно, не врагов наших, а родных, советских... Ни тех, кто поле пахал, ни тех, кто на нем сеять собирался, вся эта картина абсолютно не занимала… Все было тихо и хорошо, но однажды проезжал из Ленинграда в Новгород бывший участник тех боев. Ехал он на собственной машине и решил в знакомых местах остановиться, остановился. Зашел за придорожные кусты... схватился за сердце: « Батюшки светы! Это что же такое творится?»
С трудом до машины добрался, сердечную боль валидолом за¬давил и в Новгородский обком партии. Шум поднял.
Поле перепахали... Кости, правда, кое-где остались тор¬чать, но уже почти незаметно. В любом деле издержки бывают...»
Были и такие случаи, вспоминает ветеран поискового движения Б.И. Гаврилов: «В 1977 году в Новгород возили песок для строительства шоссе. В песке попадались человеческие кости и опознавательные медальоны. Песок возили из Панковского поселка где в июне 1942 г. сражались 327-я дивизия. Немцы убрали убитых в песчаный карьер и теперь экскаватор разрыл их могилу. Протесты рабочих- строителей ни к чему не привели, песок продолжали возить и вместе с останками бросать под асфальтовый каток. Зачем хоронить «предателей- власовцев»».
С1981 года на поиски в Мясной Бор стали приезжать студенты из Казанского государственно¬го университета и входили в состав университетского поискового объединения -«Снежный десант». О Николае Ивановиче и его работе услышали студенты от татарского писателя Рафаэля Мустафина, который написал книжку о Мусе Джалиле и в этой книжке много хороших слов о Н.И. Орлове. Их привело желание ознакомиться с местами, где воевал поэт Муса Джалиль, но впечатление от увиденного оказалось столь велико, что они организовали сводный патриотический отряд «Снежный десант», который стал ездить в Мясной Бор каждый год. Сначала это были только студенты-филологи во главе с М. Черепановым (теперь он заслуженный деятель искусств Татарстана), потом к ним присоединились студенты-физики, по-том мехматовцы, потом студенты Казанского пединститута, ребята с КамАЗа. Потом, уже несколько сотен следопытов из Татарии стали ежегодно приезжать в Новгородскую область для того, чтобы собирать и хоронить останки непогребенных солдат Великой Отечественной войны.
В 1985 году состоялось массовое захоронение останков на Братском кладбище неподалеку от деревни Мостки. Это уже было сделано вполне официально, через Новгородский райисполком. На захоронении присутствовали местные власти. Представители казанского отряда «Снежный десант» в тот день очень эмоционально высказали все, что они думают по поводу отноше¬ния новгородских властей к памяти солдат, павших за Родину и забытых теми, кто берет на себя право эту Родину олицетворять. Представители области не обиделась и приняли критику к сведению. Потом состоялся разговор между представителями казанских следопытов и новгородских в присутствии и при участии руководства обкома Всесоюзного Ленинского Коммунистического Союза Молодежи ( ВЛКСМ) и в 1988 году было создано объединенная поисковая экспедиция, по¬лучившая название «Долина», экспедиция стала носила имя покойного следопыта № 1 Николая Ивановича Орлова.
В апреле-мае 1989 г. в Мясном Бору прошла XI Всесоюзная вахта Памяти. Впервые в организации поисковой работы здесь принимали учатие ЦК ВЛКСМ, Ленинградский военный округ, Всесоюзный совет ветеранов,
воины-афганцы.
С 1989 по настоящее время каждый год проходят вахты Памяти в Новгородской области, куда съезжаются поисковики со всей России и ближнего зарубежья.
Из отчета поисковой экспедиции «Долина» памяти Н.И. Орлова: «На сегодняшний день «Долина» является крупнейшим стране поисковым объединением, в состав которого входят 35 поисковых отрядов общей численностью около восьмисот человек.
Ежегодно в работе экспедиции «Долина» принимает участие око¬ло 2 тысяч поисковиков из различных регионов России, Казахстана, Белоруссии, Украины.
За 15 лет работы поисковой экспедиции найдены и захоро¬нены останки 73 077 советских солдат и офицеров. Установлены имена более 14 000 защитников Отечества. Сотни людей узнали о судьбе близкого человека.
Разные люди о разному связывают свою судьбу с поисковым движением.
В Чудовском поисковом отряде им. А. Ерастова с 1989 года по настоящее время работает ветеран Великой Отечественной войны Герман Васильевич Якшин, который воевал на Новгородской земле, ему уже 81 год. За время своей работы он лично нашел и вынес из леса более 1 000 погибших бойцов.
Командир Чудовского поискового отряда им. А. Ерастова Елена Александровна Марцинюк вспоминает: «Никогда в жизни я не думала, что каким-то образом свяжу свою судьбу с работой в лесу. Я была девушкой домаш¬ней, лес не любила и даже его побаивалась. Но получилась вот какая любопытная история. Я работала на заводе «Энергомаш» в отделе главного механика. В своей комсомольской группе отвечала за культмассовую работу и всегда была в гуще всех событий. По комсомольской работе была хорошо знакома с то¬карем Александром Феоктистовым. Именно Александр еще до формирования первых поисковых отрядов в Чудовском районе в одиночку или с небольшой группой энтузиастов, таких же, как он сам, бродил по лесам, разыскивая незахороненные останки воинов. Я часто слушала его рассказы. Он предлагал: «Ну, да¬вай хоть раз пойдем с нами в лес, посмотришь, что это такое». Человек активный, Феоктистов всех старался привлечь к своей работе. На собственные деньги ездил в различные организации, в Москву, пытаясь по найденным в лесу вещам и документам установить личности погибших, разыскать их родственников. Мне тоже приходилось по его просьбе, когда ездила от завода в командировку в Москву, отвозить медальоны на экспертизу. Я, конечно, пыталась прочитать уцелевшие бумажки. Было интересно, вглядываясь в выцветшие буквы на пожелтевшей бумаге, представлять, кому принадлежал этот медальон и сознавать, что. возможно, держишь в руках ключ к разгадке чьей-то трагической судьбы. Со временем захотелось больше узнать о поисковой ра¬боте, своими глазами увидеть, как ребята работают в лесу.
И вот в одну из суббот поисковики взяли меня с собой под Мясной Бор. Помню, сказала: «А у меня где-то здесь, под Мясным Бором, пропал без вести дед, отец моей мамы, Гущин Павел Степанович». Мы долго шли по снегу. Был март. Солнце пригревало, но день стоял холодный. Мне было велено надеть резиновые сапоги и фуфайку, но они не спасали от холода и сы¬рости. Я вся вымокла снизу доверху, замерзла насмерть. Пришли, разожгли костер, погрелись. Ребята начали вскрывать породу — прежде продолбили лед, убрали его. Длилось это долго, часа два. Потом поставили помпу, откачали воду, показалась синяя-си¬няя, как замазка, глина. Ребята стали лопатами разрывать глину. Я стояла и смотрела. Было видно, что работать им очень тяжело. Вдруг один пласт глины отваливается, и мы увидели солдата. Я стою ошеломленная на краю воронки, смотрю — лежит человек в каске, в шинели с оружием. У него все сохранилось: и одежда, и обувь, и вещмешок... Вдруг один поисковик достает ложку дере¬вянную. — Как фамилия деда-то твоего?
— Так, Гущин, отвечаю.
— На, говорит, ложку твоего деда.
Я села в сугроб. Сидела, смо¬трела на эту ложку и не понимала что происходит — там фамилия Гущин и инициал первый «П». И все, с этого момента я заболела поисковой работой. Я так думаю, что это судьба, что это знак свыше какой-то был...
Вечером того же дня вся моя семья собралась, чтобы услышать во всех подробностях мой потрясающий рассказ. Тогда еще жива была и бабушка, которая не дождалась мужа с войны. Она рассказала, что когда Павел Степанович уходил на фронт, она работала в поле. Помогала собирать ему вещи старшая дочь, тетя Елены. Та вспомнила, что положила отцу деревянную ложку, на которой сама нацарапала « Гущин П.С». Вот с этой ложки и начался музей поискового отряда им. А. Ерастова».

Если спросят меня: «Что собой представляет Долина?»
Над вопросом задумаюсь -как в двух словах объяснить?
Это - жирная грязь, это - старые ржавые мины.
Это каждому надо хотя бы разок пережить,
Это - цепь блиндажей у Мостков и у Полисти Спасской.
Это - дождь проливной и усталые чьи-то шаги,
Это липкая кровь вперемешку со ржавчиной красной,
Это - мокрые ноги и порванные сапоги.
Это мир доброты, мир без должностей, рангов и званий,
Это - запах болота и прелой опавшей листвы,
Это - встречи друзей, это - горечь и боль расставаний,
Это - свечи берез, это - нежная зелень травы.
Это больше, чем жизнь. Это - просто Долина.
Это мир тишины, где когда-то гремели бои,
Это - трель соловья,это - мать, потерявшая сына.
Это - память и долг, это - братья и сестры мои.
И. Н.Щукин

Мы в лесах и в болотах, найдем тех бойцов,
Тех, которых когда-то, забыли,
Мы хотим имена, павших дедов, отцов,
Отряхнуть от забвения пыли
По лесам, по болотам, и в грязь и в дожди,
Ведем поиск бойцов, что погибли
И хотим мы себе и другим доказать,
Что войну, мы еще не забыли.
И.Н. Никитин
В Маловишерском районе зародилось в 1989 году при комитете ВЛКСМ, первый поисковый отряд возглавлял Сергей Козлов. Поисковый отряд работал в Маловишерском районе и ежегодно принимал участие во всесоюзных вахтах Памяти. За время работы с 1989 по 1993 год поисковый отряд поднял около 90 погибших по Маловишерскому району и около 450 в период вахт Памяти. Потом отряд прекратил свое существование.
25 декабря 2001 года мой папа Игорь Николаевич Никитин возродил поисковое движение на Маловишерской земле и создал Маловишерскую поисковую группу «Память».
25 декабря 2006 года Маловишерская поисковая группа «Память» отпраздновала свой пятилетний юбилей. За пять лет поисковой группой было найдено в Маловишерском районе 139 погибших советских солдат и офицера, найдено 12 медальонов. Установлены имена пятерых погибших: Луценко Якова Павловича, 1904 г.р., рядового Глухова Сергея Михайловича, 1903 г.р., красноармейца Черных Александра Д., 1908 г.р., Захаренко Михаила Семеновича, 1916 г.р., Ксенофонтова Федота Петровича, 1921 г.р.. Найдены родственники троих погибших: Глухова Сергея Михайловича, Захаренко Михаила Семеновича, Ксенофонтова Федота Петровича.
В период Всесоюзных вахт Памяти с 2002 по 2006 год Маловишерская поисковая группа работала совместно с Новгородским поисковым отрядом А.Н. Орлова и С.М. Орловой «Гвардия-Шкраб» в Новгородском районе и с Чудовским поисковым отрядом им. А. Ерастова Е.А. Марцинюк в Чудовском районе, за этот период найдено 508 погибших бойцов и 28 медальонов.
Председатель совета командиров поисковой экспедиции «Долина» С.Н. Флюгов в своем выступлении посвященному 60-летию Победы сказал:«Не нам судить, и тем более осуждать, тех, кто не смог достойно похоронить своих боевых товарищей, не нам судить командование Красной Армии, не создавшее до середины войны нормально функционирующих похоронных команд. Думаю, что и не нам осуждать тех, кто после войны вернулся в разрушенные города и села и не смог достойно похоронить тех, кто своей жизнью заплатил за их возможность жить. Тогда нужно было просто выжить ...
К сожалению, и сегодня, в год 60-летия Победы, мы еще очень далеки от осознания того, что история нам мстит за брошенных на полях боев, мы так и не начали на государственном уровне возвращать эти долги.
Между тем, они, лежащие в окопах, блиндажах, воронках, просто под слоем травы и листьев на полях войны, до сих пор в бою, в бою за наши души. Когда-то они шли на фронт и им гово-рили: «Родина вас не забудет». Получается, что сегодня мы поисковики, все вместе и есть та самая Родина».














На базе нашего класса в 2006 году был создан военно-патриотический клуб «Орленок» который будет помогать Маловишерской поисковой группе «Память» разыскивать родственников погибших воинов, поддерживать связь с найденными родственниками погибших, помогать ветеранам войны и ухаживать за воинскими захоронениями. Я думаю этим мы внесем и свой хоть и небольшой, но очень нужный вклад в поисковое движение Новгородской области. Я не хочу, чтобы война повторилась, чтобы мое детство было «опаленное» войной, потому что война приносит только горе и несчастье, не зависимо от того, кто ее и с какими целями ведет. Ведь до настоящего времени не закончилась та война, не похоронен еще последний солдат. Как говорит мой папа: « Работы по поиск хватит и на тебя и на твоих внуков».
В августе 2007 года я с папой поеду на осеннюю Всесоюзную вахту Памяти.


ИСТОЧНИКИ

«Долина» нашей памяти. Великий Новгород, 2003
Долина смерти. Трагедия и подвиг 2-й Ударной Армии. Б.И. Гаврилов, Москва 2006.
На Волховском фронте 1941-1944 гг. Москва 1982
Из истории поискового движения Новгородской области. М.Н. Орлова
Поиск ставший судьбой. С.И. Садовников, Москва 2003
Поисковая экспедиция «Долина» памяти Н.И. Орлова. В.Новгород 2004
Чтоб не распалась связь времен. С.И. Садовников, Москва 2005
Граница сражается А.Н.Чугунова. Киев 1975
Личный архив Н.И. Орлова
Личный архив А.Н. Орлова
Личный архив И.Н. Никитина
  • Страница:
  • 1
Работает на Kunena форум